27 наурыз 2017, 16:41
      Мұнай 06.11.2013, 16:28 0 пікір 3544 просмотров

      Кашаган: очередная реорганизация

      Официально именно с реорганизацией связана отставка управляющего директора Agip KCO Умберто Каррара. Пресс-служба оператора Кашагана North Caspian Operating Company (NCOC) распространила официальную информацию об отставке руководителя Agip KCO Умберто Каррара, который проработал на Кашаганском проекте более семи лет. «С 1 ноября 2013 года господин Умберто Каррара уходит с поста управляющего директора Agip KCO»,  сообщили в NCOC. Как прокомментировали в компании, должность управляющего директора теперь займет Гвидо Бруско. С сентября 2009 года Бруско работал на Кашаганском проекте в Agip KCO в качестве директора департамента производственных операций. По неофициальной информации, отставка управляющего директора Agip произошла в том числе  и из-за утечки газа на трубопроводе. Напомним, что 9 октября появилось сообщение о двойной аварии на Кашагане, в результате чего коммерческая добыча нефти в очередной раз была приостановлена. Утром произошел технический сбой на морском комплексе на острове D, и датчики зафиксировали «растрескивание» трубы, а во второй половине дня обнаружили утечку на газопроводе  в двух километрах от наземного газоперерабатывающего комплекса «Болашак», вблизи аула Карабатан в Западном Ескене. Добыча нефти и газа на месторождении Кашаган приостановлена до тех пор, пока не будут получены результаты экспертных исследований утечки газа. Лишь по результатам расследования причин аварии будет принято решение о повторном запуске объекта или проведении масштабных коррекционных работ и переносе добычи нефти. В настоящее время британские специалисты из Оксфордского университета занимаются выяснением причин утечек в газопроводе и анализом антикоррозийного покрытия труб японской компании «Сумитомо». Как рассказали информированные источники, пока оксфордские специалисты брака в трубах японской компании «Сумитомо» не нашли. Зато оказалось, что трубы были куплены не самые подходящие. Вдобавок, их не очень правильно установили и эксплуатировали. Теперь NCOC придется менять всю систему, что должно занять как минимум год. Соответственно будет перенесен и срок возобновления добычи нефти. Нефть на Кашагане начали добывать 11 сентября, но компании так и не удалось достичь коммерческого уровня в 75 тыс. тонн. В результате на грани срыва оказались контракты акционеров NCOC по экспорту нефти. Первоначально график экспортных отгрузок предусматривал вывоз в ноябре около 270 тыс. тонн сырья.Пресс-служба компании NCOC отрицает связь отставки Умберто Каррара с расследованием аварий, а источники называют комплекс причин. Текущие результаты расследования причин аварий лишь «вершина айсберга», приведшего к отставке Умберто Каррара. Есть и более глубинные обстоятельства. Помимо расследования, которое еще не завершено, компания Agip KCO проходит аудит. Как сообщают источники, аудит связан с очередной  четвертой за 14 лет действия проекта реорганизацией управленческой модели Северо-Каспийского проекта.  

      Начинали с ОКИОК

      Первоначально акционеры управляли проектом через совместную операционную компанию ОКИОК, так как казахстанские власти по политическим причинам преднамеренно постарались вовлечь в проект большее количество нефтяных компаний. Не одну-две, как в Тенгизском и Карачаганакском проекте, а сразу девять крупнейших мировых нефтяных корпораций. По замыслу властей, это позволяло правительству республики использовать естественную конкуренцию между иностранными инвесторами для усиления своего влияния на проект в качестве арбитра между инвес-торами. Казахстан, не имея на тот момент ни денег на инвестирование, ни технологий разработки Кашагана, вынужден был довольствоваться ролью принимающей стороны. В какой-то мере этот замысел властей сработал, что позволило РК сначала получить 1/7 доли в проекте, не вложив ни одного доллара, потом неплохо продать свою часть, затем опять купить и довести свою долю до одной из ведущих и даже влиять на состав акционеров. Так произошло с продажей долей «КонокоФилипс», когда власти заблокировали вхождение в проект индийских нефтяников и включили китайскую компанию вопреки мнению других участников проекта.  Но одновременно огромное количество акционеров заложило под проект «мину», так как каждый из акционеров «тянул одеяло на себя». Первый раз «мина» сработала на второй год реализации проекта. В 2001 году между акционерами произошел конфликт. Тогда один из акционеров, нидерландско-британская компания «Шелл», довольно прозорливо предсказала будущие проблемы реализации проекта. Менеджмент «Шелл» предложил радикально изменить схему финансирования проекта со ссылкой на то, что геологические и технологические проблемы месторождения Кашаган ставят под сомнение рентабельность проекта: половина расходов должна была пойти на решение проблем сероводорода и утилизацию газа. Это предложение звучало диссонансом на фоне эйфории у других акционеров и правительства РК от открытия гигантского месторождения нефти. Конфликт парализовал управление проектом. В качестве лекарства от паралича было принято решение выбрать из числа акционеров одну компанию в качестве единого оператора. Парадоксально, но в результате взаимной блокировки при голосовании по выбору единого оператора таковым стала итальянская компания Agip KCO, получившая при голосовании наименьшее количество голосов.Итальянцы придерживались первичной упрощенной оптимистической оценки решения проблем, но сероводород с кашаганской нефти и трудности с логистикой проекта никуда не делись, и Кашаган в конечном итоге стал самым дорогим нефтяным проектом в мире. Дважды было сорвано начало коммерческой добычи нефти. В 2009 году, когда расходы зашкалили всякие разумные пределы и произошел очередной срыв начала добычи по требованию казахстанских властей, управление вновь перестроили. На этот раз была избрана сложная двухступенчатая модель управления проектом. Оператором стала совместная компания NCOC, а ряд направлений в проекте были переданы в управление четырем агентским компаниям. Но и эта схема оказалась неуспешной. Дублирование функций между совместной компанией-оператором и агентскими компаниями, сложная формула принятия решений, слабая координация между агентскими компаниями привели лишь к увеличению административных расходов, не повлияв на решение проблем в проекте. К примеру, природоохранные мероприятия были «растворены» в NCOC и в двух агентских компаниях NCPOС и Agip KCO, хотя общий бюджет природоохранных проектов едва превышает $15 млн. Большая часть этих денег уходила на зарплаты и командировки, а не собственно на защиту природы. 

      К модели ОКИОК и вернулись 

      Фактический провал нынешней попытки начать добычу подтолкнул акционеров к решению об очередной реорганизации управления, причем в самой радикальной форме. Первоначально идея новой реорганизации заключалась лишь в объединении ряда агентских компаний. В частности  объединении компаний-агентов Agip KCO и NCPOС в компанию «Номад», которую должен был возглавить Умберто Каррара. Менеджером производства предполагалось назначить представителя компании «Шелл» Ариана Ван Дайка. Но в итоге было принято иное  решение слить операционную и агентские компании в одну совместную компании  по формуле успешной  операционной модели Тенгизского  проекта-компании «Тенгизшевройл». Фактически, речь идет о возвращении к модели управления компании ОКИОК. Тем самым глава Agip KCO Умберто Каррара оказался не нужен. Аудит Agip KCO и расследование причин в Оксфорде покажет полную картину. Отдельно будет оценена и деятельность самого Каррара.  Полный аудит компании Agip KCO  один из первых шагов по созданию новой модели управления. Среди сотрудников головного офиса NCOС в Астане это не вызвало положительных эмоций: придется из столицы возвращаться в Атырау и Актау (морской отдел компании), в Астане останется лишь представительство новой компании. Недовольные новым переделом сотрудники головного офиса NCOС обращают внимание на существенное отличие Тенгизского проекта с Кашаганским. На Тенгизе даже по учредительным договорам есть компания-оператор «Шеврон», у которой доля в проекте преобладающая  50%. В Кашаганском же крупные доли имеют нидерландско-британская «Шелл», итальянская «Эни», французская «Тоталь», американская «Экссон-Мобил» и национальная компания «КазМунайГаз». Все эти компании могут настаивать на собственной позиции. Следовательно, «мина», заложенная в контракте, никуда не делась.  А между тем нынешняя двухступенчатая модель «операционная компания плюс  агентские компании», пусть даже с издержками, но работает без больших конфликтов в среде акционеров. 

      Оксана МАРТЫНЮК

      Пікірлер

      Пікір қосу

      ДОБАВИТЬ ОБЪЯВЛЕНИЕ

       
      Введите пять букв размещенных внизу:
       __   _     _____    _    _    _    _    __   _   
      | || | ||  |  ___|| | || | || | || | || | || | || 
      | '--' ||  | ||__   | || | || | || | || | '--' || 
      | .--. ||  | ||__   | \\_/ || | \\_/ || | .--. || 
      |_|| |_||  |_____||  \____//   \____//  |_|| |_|| 
      `-`  `-`   `-----`    `---`     `---`   `-`  `-`  
                                                        
      
       
      Наверх